История развития учений о политическом лидерстве и составления психологического портрета политического лидера

Изучение особенностей составления психологического портрета политического лидера нельзя рассматривать отдельно от истории развития учений о политическом лидерстве и составления психологического портрета политического лидера. Именно изучение накопленного исторического опыта позволяет применять его для анализа современного состояния данного института и практики его применения. В этом отношении стоит согласиться со словами Б.М. Кедрова: «изучение прошлого, — как отмечал ученый, — может и должно служить средством для того, чтобы понять настоящее и предвидеть будущее и на основе этого осмыслить развитие науки как целенаправленный исторический процесс. В этом состоит одна из основных, если не главных задач науки»[1].

Так, стоит отметить, что свое начало изучение психологических основ политического лидерства берет  в глубине веков. Жизнеописание разных людей с анализом их поступков, их психологических и моральных качеств начинается с древнейших времен, с мифов и ле­генд. Читая эпос разных народов, можно увидеть глубокое психологич­еское описание разных типов личности с глубинным анализом их поступков.

Мифы древней Греции содержат психологические портреты богов и богинь, правителей и простых людей, повествуя об их силе и слабостях, страстях и переживаниях. Русские былины также глубоко психологичны и дают возможность составить образ того или иного героя, правителя, и в целом проникнуться психологией народа. Нартский эпос, эпос народов Кавказа и другие древние сказания, если и не дают объективной характеристики того или иного исторического персонажа, то все равно выражают глубинные психологические особенности народов.[2]

Среди научных трудов посвященных теме исследования можно выделить труды Сократа. Можно сказать, что он и заложил основы для развития психологических портретов. Сократ считал, что философ должен, прежде всего, исследовать человека и его поступки. Главной добродетелью он считал знание и понимание того, как надо себя вести, и к чему идти. Плохие же поступки человек совершает от незнания, поэтому главной задачей для любого человека, по мнению Сократа, становится познание себя.

Развивал основы психологического портрета знаменитый оратор и философ Цицерон, который считал Энниевы описания великих людей настолько поучительными, что сам неоднократно повторял их.  Знания психологических портретов он использовал как в своей общественной и политической жизни, так и в судебной прак­тике, где  он умело рисовал образы своих подопечных таким образом, что уже на основании их личностных качеств опровергал возможную их вину.

Первая, дошедшая до нас речь Цицерона, создана в 81 г. до н.э., «В защиту Квинкция», целью которой было возвращение незаконно захваченного имущества, при­несла ему немалую известность. Еще большего успеха он добился речью «В за­щиту Росция», в которой Цицерон прибегает к греческому искусству этопеи, опиравшемуся на характеристику обвиняемого, который не мог бы совершить столь ужасного поступка. Вот как говорит об этом Цицерон: Секст Росций убил своего отца. — «Что он за человек? Испорченный юнец, подученный негодяями?» — «Да ему за сорок лет». — «Тогда его на это злодеяние, конечно, натолкнули расточительность, огромные долги и неукротимые страсти». По обвинению в расточительности его оправдал Эруций, сказав, что он едва ли был хотя бы на одной пирушке. Долгов у него никогда не было. Что касается страстей, то какие страсти могут быть у человека, который, как заявил сам обвинитель, всегда жил в деревне, за­нимаясь сельским хозяйством? Ведь такая жизнь весьма далека от стра­стей и учит сознанию долга[3].

В других своих речах Цицерон умело пользовался личностными слабостя­ми судей, ценностями и устремлениями людей, манипулируя ими.

Таким образом, «от общего – к частному», речи Цицерона содержат первые научные основы, позволяющие составить психологический портрет политического лидера.  Однако наиболее разработанным в этом отношении стоит считать труды Платона. Так, Платон описал определенные социальные портреты основных каст, которые должны, по его мнению, составлять государство: обычные люди (земледельцы, строители и др.), которые должны руководствоваться общими потребностями и трудовыми ценностями, воины, обладающие силой, доблестью и преданностью, а также правители-философы, создающие наилучшие законы.

У Платона можно заметить описание психологического портрета различных правителей.

Помимо Цицерона и  Платона еще один философ древнего мира умело использовал знание психологии — Аристотель, он разрабатывал психологические портреты лидера с целью анализа воздействия речи правителя на аудиторию и  для усиления воздействия на нее. Он считал, что в процессе речи оратор, опираясь на те или иные ценностные  ориентиры, прежде всего, строит свой имидж и отношение к себе. И если он правильно употребит их, то получит  доверие аудитории и сможет успешно убедить ее.

В своем труде Аристотель описывает систему ценностей и взглядов людей разных возрастов и социальных положений, разных государств. Философ, рассуждая об антиценностях и чувстве стыда, которое рождается в отсутствии качеств, присутствующих окружающим, впервые описал такой психологический феномен как конформизм. Он считал, что каждый человек заботится о том, что о нём  скажут окружающие и этим руководствуется в своем поведении.

Ксенофонт в своем произведении «Полития лакедемонян» описывает различия в воспитании и нравственных законах спартанцев и других народов.

Конфуций описал психологический портрет идеального правителя, который должен был обладать чувствами самоуважения, справедливости, ответственности и доброты.

Конфуций делил людей на распущенных, сдержанных и глупцов, а главными стремлениями людей считал богатство и знатность. Це­лью своего учения Конфуций ставил постижение смысла человеческой жизни, главным для него было уяснить скрытую природу человека, то, что движет им и его стремлениями.

По обладанию определенными качествами и, отчасти, по положению в обществе, Конфуций разделил людей на три категории:

1) Цзюнь-цзы (благородный муж) — ему отведена роль идеального человека, примера для подражания двум остальным категориям,

2) Жэнь — обычный человек и

3) СлоЖэнь (ничтожный человек) — в учении используется только в отрица­тельном значении.

Конфуций выразил свои мысли об идеальном человеке, на­писав: «Благородный муж думает, прежде всего, о девяти вещах: о том, чтобы видеть ясно, о том, чтобы слушать четко, о том, чтобы лицо было приветливым, о том, чтобы речь была искренней, о том, чтобы действия были осторожными, о необходимости спрашивать других, когда возникают сомнения, о необходимости помнить о последствиях своего гнева, о необходимости помнить о справедливости, когда есть возможность извлечь пользу»[4].

Размышляя о предпосылках создания психологических портретов в целом и политических лидеров в частности в их со­временном понимании, стоит упомянуть французского писателя и филосо­фа эпохи Возрождения, автора книги «Опыты» — Мишеля де Монтеня. Признавая эгоизм главной причиной, побудителем человеческих деяний, Монтень не возмущается этим, находит это вполне естественным и даже необходи­мым для человеческого счастья, потому что если человек будет принимать интересы других также близко к сердцу, как свои собственные, то ему будут недоступны счастье и душевное спокойствие. Он критикует человеческую гордость, доказывая, что человек не может познать абсолютной истины, что все истины, признаваемые нами как абсолютные, являются относительными. По мнению Монтеня, человек существует не для того, чтобы создавать себе нравственные идеалы и стараться к ним приблизиться, а для того, чтобы быть счастливым.

Нельзя обойти стороной и другого знаменитого француза, историка, литератора — Томаса Карлейля, который детально описал события Великой Фран­цузской революции и передал психологические особенности участвовавших в ней людей.

Из отечественных философов, посвятивших свои работы глубинному изучению психологии личности и народа, наиболее известен Николай Бердяев. Он рассуждал о полярности русского народа, о сочетании в нём смирения и анархизма, о непонятном совмещении религиозного мировоззрения с бунтарскими первобытными проявлениями.

Другой русский ученый Н.Я. Дани­левский ещё в середине XIX века описал внутренний мир, мотивы, ценности и национальный характер славян и европейских народов. Описал всё своеобра­зие их поведения, что актуально и по сей день. Он утверждал, что не только в геополитических и исторических событиях проявляется своеобразие этноса, но и в личностных чертах и даже в науке и способе мышления. Это, безуслов­но, необходимо учитывать при анализе конкретного человека, учитывая его этническую, религиозную принадлежность, территорию, где он вырос, язык, на котором он говорит.

Исторические исследования личности и художественные произведения о тех или иных политиках часто становятся глубокими психологическими иссле­дованиями их личности. К примеру, описание личности Ивана Грозного и Петра I Толстым А.Н., или же очерк Н.Н. Фирсова (1916 г.) о личности Петра I — «Вели­кий, московский царь и император всероссийский: личная характеристика».

Разумеется, нельзя обойти и такого популярного нынче историка, как Э.Радзинского с его описаниями великих личностей и классиков российской истории Н.М. Карамзина с его фундаментальным трудом «История государства Российского» и В.О. Ключевского. Можно также вспомнить об описании русских князей и других героев древней Руси в летописи «Слово о полку Игореве».

Так или иначе, психологические портреты можно найти во многих классических произведениях русской и зарубежной литературы, Здесь можно вспомнить глубоко психологичные портреты русских революционеров, в книге «бесы» Ф.М. Достоевского или образы, описанные им в романе «Братья Карамазовы». Описания героев в романе Л.Н. Толстого «Война и Мир», М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени» и других.  Русская поэзия не отстает в описании психологии современников. К примеру, яркие характеристики героев дает А.С. Пушкин, описывая Пугачева, императора Александра и другие исторические личности.

Однако в современном понимании, первыми поистине научными трудами в этом отношении при­ято считать труды итальянского тюремного врача-психиатра Чезаре Ломброзо. В 1863 году он издал книгу «Гениальность и помешательство», где делает анализ личности многих великих людей (Ампер, Паскаль, Руссо, Сократ…), а в 1887 году публикует исследование, в котором впервые предлагает типоло­гические черты социально-психологического портрета преступника. И по сей день этот труд является основным для многих психиатров и психологов, рабо­тающих в системе исправления и наказания.

Чуть позже в России П. И. Ковалевский публикует свои труды «Психиатри­ческие эскизы из истории», «Судебная психиатрия», «Судебно-психиатрические анализы» и другие. В своих «Психиатрических эскизах из истории» он совмеща­ет медицинские наблюдения с глубинным анализом биографии и истории изу­чаемой личности. Его труд состоит из двух томов, в которых он подробнейшим образом описал личность Иоанна Грозного, Петра Великого, Императора Петра III, Императора Павла I, Генералиссимуса Суворова, Навуходоносора, царя Вави­лонского, Магомета, Наполеона I и не только.

Так, например, Ивана Грозного Ко­валевский описывает какнаиболее типичного параноика, Магомета и Гая Юлия Цезаря — как эпилептиков. Петр III охарактеризован им как «тупоумный», в чьих решениях главенствуют низшие страсти, а Павел I — как человек, страдавший бредом преследования, предательства и т.д.[5]

У данного подхода находятся последователи и сегодня. В недавно вышедшей книге английского дипломата Дэвида Оуэна, «Истории болезни: недуги мировых лидеров последнего столетия»[6]детально рассматривается физическое и душевное здоровье современных политиков XX пока. Описаны ситуации, когда тот или иной недуг влияли на принимаемое решение и на геополитику, как разлитие той или иной болезни влияло на политический курс целых стран.

Дэвид Оуэн изучал не только историю и внешнюю симптоматику, но также и медицинские карточки и воспоминания личных лечащих врачей изученных им лидеров. Автор ввел психологический термин или болезнь — гирбис-синдром, который, по его мнению, возникает у многих политиков и выражается в повы­шенном эгоцентризме и вере в свои сверх способности. При этом понижается критичность мышления и способность адекватной, объективной оценки окру­жающей действительности. Политик перестаёт слушать своих советников и начинает допускать роковые ошибки. Именно этим синдромом автор объясня­ет вторжение в Ирак и поддержку Буша Блэром. По его мнению, оба страдали гирбис-синдромом. Оба не вникали глубоко в ситуацию, не задумывались о по­следствиях, хотя многие эксперты предсказывали серьёзные риски.

Обратный пример — И. Сталин, который нисколько не страдал подобным синдромом, но имел другую черту — небывалую паранойю. Впрочем, ей же страдали и Мао Цзэдун, и Ричард Никсон и многие другие политики.

Интересным проявлением паранойи является «метод кадрового отбора» подчиненных Александра Македонского. Он настолько не доверял своему окружению, что придумал системный и изощренный метод слежки — он разрешил своим солдатам писать домой письма, которые после перехватывались и внимательно изучались, после чего определялась степень лояльности или вины человека. Другим его рекордом стал необычайный эгоцентризм, что вы­разилось в том, что он оказался первым правителем, приказавшим чеканить своё изображение на монетах.

Кроме паранойи наиболее частым заболеванием становится депрессия. Дэ­вид Оуэн приводит статью, где утверждается, что 29% президентов США страдали душевными заболеваниями во время президентства. Семи президентам с 1906 по 2006 поставили диагноз «психическое расстройство»: Теодору Рузвельту и Джон­сону — биполярное расстройство, Тафту — расстройство сна из-за нарушения дыха­ния, Вильсону, Кулиджу, Гуверу — глубокая депрессия, Никсону — алкоголизм.

Роль физического и психологического здоровья лидера огромна. К примеру, автор, описывая здоровье Вудро Вильсона, утверждает, что именно из-за его тяжелого состояния не была учреждена в нужное время Лига наций, создание которой вполне могло предотвратить вторую мировую войну. А личностные черты Хрущева, которые специализированно изучались американскими специалистами, позволили в итоге закончить мирно Карибский кризис.

Следующей попыткой дистантного описания личности становятся созданные З. Фрейдом портреты Леонардо да Винчи и В. Вильсона. Основной методологией был психоанализ, но при этом было изучено множество авторских текстов, что, в свою очередь, подтолкнуло одного из разработчиков метода контент-анализа Г.Д. Лассуэлла на  написание работы «Психопатология и поли­тика», и положило начало разработки методов анализа личности по текстам. Наработки З. Фрейда также продолжал его последователь Эрик Эриксон, соз­давший ряд психологических портретов, в частности Максима Горького, а так­же Томаса Джеферсона, Махатмы Ганди, Мартина Лютера.

Стоит упомянуть ещё одного психолога, внесшего огромный вклад в анализ рассматриваемой проблематики — Альфреда Адлера, Он детально исследовал роль социального  фактора в становлении личности и ввёл такое понятие как комплекс неполноценности. Считал, что основным фактором формирования человека является преодоление этого комплекса. Стремление к власти, по его мнению, является патологическим вариантом преодоления комплекса неполноценности или неестественным и нездоровым развитием личности. Основными его трудами являются: «Практика и теория индивидуальной психологии», « Исследование физической неполноценности и её психической компенсации», «Невротическая конституция», «Смысл жизни», «Постижение человеческой природы», «Наука жизни», «Социальный интерес: вызов чело­вечеству», «Образ жизни».

Уже в 1943 году становится известно о первом заказе на психологический портрет спецслужб, когда Генри Мюррей, Вальтер Лангер и некоторые другие специалисты выполнили для УСС (Управление стратегических служб США) ана­лиз личности Адольфа Гитлера. Несмотря на ведущий метод — изучение доку­ментов, текстов и наблюдения, не обошлось и без психоанализа и детального описания сексуальных извращений Гитлера.

Впоследствии психологическое портретирование бурно развивалось в США, были разработаны основные методы анализа текстов и визуальной психодиагностики. К примеру, можно выделить Винтера, разработавшего основу современного  мотивационного анализа, занимавшегося изучением мотивов американским президентов, Дж. Поста, внесшего немалый вклад в системное изучение личности политиков. Специалисты США всю вторую половину XX века  детально изучали психологию советских вождей и руководителей РФ.

Не стоит забывать и о классиках русской психологической науки, которые заложили фундамент для американских специалистов — И.П. Павлове и В.М. Бехтереве, создавших комплексные теории высшей нервной деятельности и рефлексологии. Их теории послужили базисом для зарубежных психологов, занимающихся исследованиями поведения. Вернее сказать, они объясняют и составляют большую часть всей психологической теории поведения, биологические основания поведения очень хорошо опи­саны уже современным классиком психологии А.М. Зимичевым. В своей книге «Психология политической борьбы»[7] он наглядно проводит аналогии поведения политиков и обычных граждан с поведением животных в природе.

Кроме того, стоит отметить работу Чиж В.Ф. «Психология злодея, властелина, фанатика: Записки психиатра», в которой ученый первым из психиатров дал яркие психологические портреты отличившегося необузданным характером императора Павла I, деспотичного Аракчеева, фанатичного архимандрита Фотия. В общении с окружающими людьми проявились такие отрицательные черты их натуры, как властолюбие, жестокость, фанатизм. Автор анализирует причины, обусловившие формирование этих черт характера.[8]

На сегодняшний день в России созданием психологических портретов, в основном, занимаются на кафедрах политической психологии СПбГУ, МГУ и МГИМО МИД РФ. В Санкт-Петербурге под руководством первого заведующего кафедрой про­фессора А.И. Юрьева («Введение в политическую психологию»[9]) были созданы психологические портреты первых губернаторов РФ. Затем данное на­правление развивалось Коноваловой М.А., Т.В. Анисимовой, И.А. Самуйловой и Н.В. Щербаковой. Ими были апробированы и переведены на русский язык основные методики анализа личности политика по текстам его выступлений. Направление психобиографии политического лидера на данный момент раз­вивает М.А. Соловьева. Под руководством Д.Ф. Мезенцева, данная работа ведется особенно активно.

В МГУ и МГИМО МИД РФ больше развито психобиографическое и психоаналитическое на­правления изучения политических лидеров (Е.Б. Шестопал, Е.В. Егорова-Гантман, Н.М. Ракитянский).  Так,  Н.М. Ракитянский в книге «Лич­ность политика: теория и методология психологического портретирования» и одноименной диссертации[10]можно найти подро6ную историческую справку о развитии этого интереснейшего направления впсихологии. Он также создал ряд психологических портретов современных Российских политических лидеров («Портретология власти»[11]), кроме того, следует выделить последний труд Е.Б. Шестопал – «Путин 3.0: общество и власть в новейшей истории России».[12]

Стоит отметить, что психологический портрет В.В. Путина был составлен еще в 2002 году В.Л. Талановым[13]. Кроме того, психологический портрет политика был проанализирован Р.Х. Мингазовым, И.К.Киямовым,[14] П. Бычковам, А. Серавин[15] и многими другими учеными.

Таким образом, проведенное исследование показало, что история развития учений о политическом лидерстве и составления психологического портрета политического лидера берет свое начало в Древнем мире, где еще древнегреческие и римские философы Цицерон, Платон и Аристотель в своих трудах анализировали психологические портреты правителей. В дальнейшем с усложнением общественной жизни и развитием психологической науки происходит более детальная разработка методологии составления психологического портрета политического лидера, выявления типов политического лидерства, основанных на достижениях общей психологии. Происходит выделение политической психологии, которая непосредственно занимается данным направлением. Стоит отметить, что данный институт на сегодняшний день находится в стадии своего становления, а потому можно отметить его недостаточную разработанность в научном мире.

[1]Кедров Б.М. История науки и принципы ее исследования / Б.М.  Кедров // Вопросы философии. — 1997. —  № 9. — С. 78.

[2] Бычков П. Психологический портрет публичного политика: примеры и практика на основе открытых данных из интернета/ П. Бычков, А. Серавин. – Санкт-Петербург: СИНЭЛ, 2014. –  С. 36.

[3]Утченко С.Л. Цицерон и его время / С.Л. Утченко —  М., 1986. – С. 33.

[4] Конфуций. Суждения и беседы. —  М.: Студия АРДИС, 2009. —  С. 89.

[5]Ковалевский П.И. Психиатрические эскизы из истории / П.И. Ковалевский . В 2 томах.  Том 1 – М.: Терра, 2005. – С. 298.

[6]Оуэн Дэвид, «Истории болезни: недуги мировых лидеров последнего столетия» (InSicknessandinPower:IllnessinHeadsofGovermentDuringtheLast 100 Yearss) / Дэвид Оуэн. /Перевод Д. Курдыбайло, А Ковжун, Н. Власовой – М.:Анфора, 2015. – С. 156.

[7]Зимичев А.М. Психология политической борьбы / А.М. Зимичев —  Екатеринбург: Деловая книга, 2001. – С. 201.

[8] Чиж В.Ф. Психология злодея, властелина, фанатика: Записки психиатра / Предисл., сост., пер. инояз. Текстов Н. Унанянц. – М.: ТЕРРА – Книжный клуб; Республика, 2002. –  С. 340.

[9]Юрьева А.И. Введение в политическую психологию / А.И. Юрьева – СПб, 1992. – С. 65.

[10]Ракитянский Н.М. Теория и методология психологического портретирования личности политика: Дис. … д-ра психол. наук: 19.00.12 / Н.М. Ракитянский —  СПб., 2004. – С. 109.

[11]Ракитянский Н.М. Портретология власти. / Н.М. Ракитянский —  М.: Наука, 2004.- С. 301.

[12] Путин 3.0: общество и власть в новейшей истории России:  Монография/под ред. Е.Б. Шестопал. – М.: АРГАМАК-МЕДИА, 2015.- С. 201.

[13] Таланов В.Л. Психологический портрет Владимира Путина / В.Л. Таланов– СПб.: Б&К., 2000.- С. 10.

[14]Мингазов Р.Х., Киямов И.К. Президент М.Ш.Шаймиев: социально-психологический портрет / Р.Х. Мингазов, И.К. Киямов – Казань: Идеал-Пресс, 2002. –  С. 54.

[15] Бычков П. Психологический портрет публичного политика: примеры и практика на основе открытых данных из интернета/ П. Бычков, А. Серавин. – Санкт-Петербург: СИНЭЛ, 2014. –  С. 65.

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий